Кто так "волнуется" о здоровьи Патриарха?
Стоило Патриарху заболеть, как "друзья Церкви" "заволновались"
Подробнейшая подборка на тему "кого так волнует здоровье Святейшего?" см.ниже

Антицерковные СМИ вновь спекулируют на тему здоровья Патриарха
Комментарий пресс-службы Союза Православных Граждан
Известный своей антицерковной направленностью и клеветническими измышлениями в адрес Московского Патриархата и Русской Православной Церкви Заграницей сайт "Кредо" вновь начал кампанию спекуляций на тему здоровья Его Святейшества Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго. Солдатов и Ко не первый год поводят циничные и безнравственные кампании на эту тему, "делит власть" в Церкви при живом Первоиерархе. Обращаем внимание на тот факт, что ни один официальный представитель Русской Православной Церкви не стал опускаться до того, чтобы отвечать на навязчивые звонки гл. редактора "Кредо" , "взволнованного" состоянием здоровья нашего Патриарха.
Политическую ответственность за эти спекуляции несут некоторые известные политтехнологи, поддерживающие это одиозное издание.
Мы призываем журналистское сообщество не поддаваться на провокации деятелей, вновь стремящихся поспекулировать на тему здоровья Его Святейшества и нанести ущерб Святой Православной Церкви, дать отпор всем этим грязным кампаниям. Информационно-политические кампании против Русской Православной Церкви-это вызов всей России, ее православному большинству

Они боятся сильной Церкви


«Никакие меры, которые усиливают духовенство, не должны приниматься. Я в этом смысле большевик».
Евгений Ясин, руководитель Высшей школы экономики (МН №19, 2003)
Кирилл Фролов, Илья Агафонов
Ухудшение здоровья Патриарха русской Церкви – прямо скажем, не лучший повод для публичного обсуждения вопроса о его преемниках. По крайней мере, такой бестактности никогда не позволил бы себе журналист, желающий иметь основания к тому, чтобы считать себя порядочным человеком. Так и получилось, что обсуждение «животрепещущей» темы оказалось практически полностью в руках тех, для кого нравственные и этические вопросы отнюдь не первостепенны. Перемывая косточки православным архиереям, люди, рекомендующиеся «специалистами по православию» пытаются создать видимость происхождения в церковной среде классической предвыборной кампании постсоветского образца – с разоблачениями, «черным пиаром», «административным ресурсом» и т. п. Однако внимательному читателю нетрудно будет заметить, что разоблачительные публикации на тему «подковерная борьба в РПЦ» написаны практически под кальку: «Патриарх не в силах контролировать обстановку»; «возможные кандидаты плетут интриги»; «к власти рвется митрополит Кирилл, тот самый, который торговал водкой и сигаретами»; «его непомерные амбиции представляют угрозу для государства, которое должно вмешаться и поддержать более приемлемую кандидатуру». Что и неудивительно: заготовки для такого рода публикаций можно обнаружить на созданных при непосредственном участии Фонда эффективной политики сайтах группы церковно-политических деятелей, уже не первый год осуществляющих амбициозный проект «альтернативной православной церкви».
Идея государственного вмешательства в дела Церкви далеко не нова. История российского православия после катастрофы 17 года – это история мученичества, подвижничества, борьбы – но и история измен и предательства. Тогда среди духовенства нашлись желающие при помощи большевиков захватить церковную власть, отодвинув прежнее руководство как «контрреволюционное», «консервативное и недееспособное», «запятнавшее себя сотрудничеством с царским режимом». Обновленцы были готовы к любым компромиссам с режимом, считавшим Церковь своим смертельным врагом. Они пытались сделать Церковь «красной». Они просили поддержки у власти и получили ее; им передавались храмы, из которых изгонялись сторонники Патриаршей Церкви, по их доносам шли в тюрьму архиереи, священники, миряне, те, кто им активно противодействовал. Они потерпели сокрушительный крах: за ними не пошел практически никто. В конце двадцатых годов митрополит Сергий (Старгородский), под угрозой физического уничтожения православного духовенства, принял декларацию о лояльности церкви по отношению к советской власти. С этим согласились далеко не все. Русской Православной Церковью зарубежом и оппозиционно настроенными верующими в России термин «сергианство» употреблялся для обозначения недопустимых компромиссов с государством.

Времена сейчас другие, за веру не сажают и не расстреливают. Изменилось многое; не изменилась природа чиновника, желающего во что бы то ни стало контролировать все, до чего он считает возможным дотянуться. В борьбе с православной верой коммунистические функционеры очевидным образом проиграли, что и неудивительно: за свою двухтысячелетнюю историю Церковь пережила немало политических систем, о большинстве которых уже и забыли. Роль Церкви в сегодняшнем российском обществе очевидна, православные убеждения, православные и обоснованные православием ценности – это ценности и убеждения миллионов граждан России. Их православная вера, их православные убеждения во многом определяют их действия и поступки. Было бы удивительно, если бы этот мощнейший фактор остался вне сферы внимания современных «инженеров человеческих душ», тех самых специалистов по «изменению общественного сознания», которые у нас стыдливо именуются политтехнологами.

Сегодня мнения «специалистов по церковным интригам» можно встретить и на страницах бульварных газет, и в претендующих на респектабельность аналитических изданиях. Отличий немного, все те же водка-сигареты, коррупция, сотрудничество с властями и одновременно – «стремление Церкви к подмене собой государства». Принципиальное отличие состоит в том, что в материалах для широкой публики антицерковные агитаторы лицемерно прикрываются заботой о благе верующих, на более же «интеллектуальном», уровне, в материалах, адресованных политической элите, признаются открыто: с их точки зрения, задача государства – максимально ослабить Церковь, в том числе путем вмешательства в вопрос церковного престолонаследия.

Обсуждая «возможные кандидатуры на патриарший престол» те, кто не стесняется это делать упоминают обычно трех митрополитов: Мефодия (Немцова), Сергия (Фомина) и Кирилла (Гундяева). Весьма показательными и заслуживающими внимания представляются в этой связи аргументы, которые выдвигаются сторонниками государственного контроля над Церковью «в пользу» того или другого из иерархов. Речь, заметим сразу, будет идти не о реальных качествах того или другого из уважаемых архиереев, но о том виртуальном образе, который политтехнологи и журналисты пытаются слепить, что называется, из подручных материалов.

После появления первых слухов о болезни Святейшего «специалисты по православию» заметно оживились. Для начала сайт микроскопической группы «РПАЦ» (тех самых «суздальских раскольников», которые при помощи Павловского пытаются создать «альтернативную Церковь») и одновременно – некое «Агентство русской информации» (националистическое, но с хорошим финансированием) сообщили потрясающую новость – Патриарху, оказывается, явился во сне преподобный Феодосий Печерский и стал обличать его в экуменизме и вероотступничестве, после чего Святейший и слег. Есть серьезные подозрения, что одновременно подобное видение посетило и Глеба Олеговича Павловского, иначе откуда бы вдруг такая осведомленность? В последнее время, кстати, весь этот бред издается в огромном количестве в виде листовок и распространяется по Москве неизвестно кем.

На тех, кого рассказами о чудесных видениях не убедишь, была рассчитана следующая серия антицерковной пропаганды. С тех же самых сайтов «РПАЦ», и далее – в «Независимую газету», на НТВ и конечно же, в «Московские новости», где по «освещению религиозных вопросов» специализируется один из сотрудников «РПАЦ» Александр Солдатов, пошла достаточно простая схема: болезнь Святейшего обострила скрытое противостояние в Церкви, главными фигурами к котором являются митрополиты Кирилл и Мефодий, жаждущие принять участие в схватке за патриарший престол. Каждому из них, а также впоследствии митр. Сергию и митр. Минскому Филарету приписывались некие «группировки сторонников». При этом митр. Мефодию полагался имидж «крепкого хозяйственника», и «государственника» (без объяснения, что это, собственно говоря, значит), а также сторонника более прагматичных отношений с Ватиканом. Еще раз напомним, что речь идет именно о виртуальном образе, созданном теми, кто, подозреваем, отнюдь не заинтересован в благе как Церкви вообще, так и лично митр. Мефодия.

Митрополиту Кириллу досталась солидная порция черной краски. Мало того, что он, как известно всем бульварным журналистам, торгует водкой и сигаретами. Он выступает против создания в России католических епархий, и хуже того – против государственного контроля над Церковью! Именно митр. Кирилл написал страшную и ужасную Социальную концепцию Русской Православной Церкви, на основании которой православные смеют претендовать на невмешательство в свои дела со стороны власти. Митрополит – враг государства (см. ту же Концепцию) , желает создать «православный Ватикан», вывести Церковь из российской юрисдикции и превратить ее в полноценный субъект политического процесса и международного права. Что касается митр. Сергия, на том этапе сообщалось, что ему выгодно запереть Патриарха в Барвихе и править от его имени. Из всего вышеизложенного делался простой и предсказуемый вывод: необходимо государственное вмешательство в вопрос о преемнике Патриарха, необходим государственный орган по контролю над Церковью, необходима государственная поддержка «альтернативного православия» – пусть виртуального, но зато чистого, незамутненного, готового своею вывеской прикрыть любой административный произвол в отношении Церкви. В концентрированном виде всю эту агитацию можно наблюдать в специальном выпуске журнала «Смысл», который издается бывшим редактором «НГ-Религий» Максимом Шевченко, еще одним «специалистом по Православию» (в том же номере сообщается, например, что «в Русской Православной Церкви есть священники – фрейдисты»).

Майское заседание Священного Синода, на котором решались кадровые вопросы, привело так называемых экспертов, аналитиков и прочую заинтересованную публику в состояние невероятного возбуждения. Минимум на порядок увеличилось количество однотипных публикаций. Митр. Мефодий возглавил Алма-Атинскую митрополию, и место «главного оппонента митр. Кирилла» занял митр. Сергий, которого и пришлось срочно полюбить: для широкой публики он рекламируется как «простой», «незапятнанный», «не участвующий в скандалах», для более же продвинутых кругов – как «предсказуемый», «безинициативный» и «управляемый» (!). Некоторые из авторов «первого уровня» (непосредственно приближенные к политтехнологическим конторам) дошли до полной откровенности. Так, например, пишет тот же Солдатов: «Очевидно, что и сегодня кандидатура митрополита Сергия обеспечивает, с точки зрения государственной власти, большую «предсказуемость» церковного руководства ... Митрополит Кирилл, создав представительство РПЦ при международных европейских организациях в Брюсселе, также стремится «позиционировать» Московский Патриархат как самостоятельного и влиятельного участника международных, в частности – европейский процессов... Внутри страны ОВЦС проводит ту же линию на «суверенизацию» Церкви как «субъекта политического процесса»... Ничего подобного нет у митрополита Сергия, ...и именно поэтому его кандидатура вызывает интерес у тех государственных чиновников, которые хотели бы видеть в РПЦ не мощного «хозяйствующего субъекта», или «независимого субъекта международного права», а ...один из инструментов внутренней и внешней политики государства» В заслугу митр. Сергию ставится и то, что, по мнению Солдатова он не будет требовать даже факультативного преподавания в школах основ православной культуры! Напомним, все это пишет один из функционеров «РПАЦ», организации, сознательно противопоставляющей себя Русской Православной Церкви, между прочим, запятнавшей себя, с их точки зрения, сотрудничеством с государством. Еще дальше идет другой член околопавловской команды – «священник» РПАЦ Г. Лурье: этот открыто призывает компетентные органы помочь митр. Сергию расправиться с ненавистным ОВЦС митр. Кирилла (см. газету «Консерватор» от 16 мая). Такие вот борцы с «сергианством», за чистоту Православия. Одновременно кто-то (можно догадываться, кто) попытался организовать в СМИ кампанию «писем простых священников» – жанр, опробованный еще на заре советской власти. Впрочем, если тогда ренегаты в рясах каялись в «распространении опиума» и «обмане трудящихся», то сегодня задача скромнее: поведать обществу (например, на страницах «Новой Газеты»), что, оказывается, в Русской Православной Церкви очень плохое руководство, жадное, консервативное, погрязшее в набивших уже оскомину водке и сигаретах, и – внимание - опасное для государства, ибо хочет он него слишком многого. Впечатление такое, что перед нами дословные копии с обновленческих доносов двадцатых годов: «Тихоновцы – верные слуги кровавого царского режима, вынашивают антисоветские планы. Надеемся, что ОГПУ освободит массы верующих от произвола контрреволюционной церковной верхушки». Среди двенадцати апостолов и то нашелся один Иуда, поэтому неудивительно, что в многомиллионной русской Церкви всегда можно найти некоторое количество пастырей, желающих служить не только Богу, но и кому-нибудь еще по совместительству. В качестве главных врагов «честные священники» упоминают митрополитов Мефодия и Кирилла; о митр. Сергии – ни слова. Интересно, что к кампании «против сильной Церкви, за митрополита Сергия» подключились и те СМИ, которые контролируются олигархическим капиталом : «Еженедельный журнал», сайт АПН.

Для тех, кто противопоставляет себя Церкви, для тех, кто желает управлять Церковью извне болезнь Патриарха послужила поводом для того, чтобы в очередной раз попытаться навязать обществу созданные ими представления о Церкви как несовершенной, неуправляемой и опасной структуры, заслуживающей поэтому государственного контроля, а государству – своих сомнительных услуг по осуществлению и идеологическому прикрытию такого контроля. Проще говоря, в конфликте между государством и Церковью заинтересованы исключительно те, для кого создание, «освещение» и в идеале- «регулирование» подобных конфликтов видится наилучшим способом решения собственных проблем. Они заинтересованы в конфликте; они прекрасно понимают, что спровоцированное государственное вмешательство приведет именно к нему. Они заинтересованы в маргинализации Церкви; об этом свидетельствует информационная политика, с помощью которой глобальное. общецерковное значение придается мельчайшим маргинальным группам. Обратим внимание, что с началом обсуждения «вопроса о патриаршем престоле» незаметно исчезла из СМИ усиленно раскручивавшаяся тема «причисления к лику святых Ивана Грозного и блаженного старца Григория Распутина»: видимо на то и другое сразу им просто не хватает времени.

Нету других дел у православных людей в России, как только изучать подробности «мнений» и «идеологий», пропагандируемых жалкой кучкой так называемых специалистов «по церковным вопросам». К сожалению, этим приходится заниматься: со времен «отшлифованных советской властью» (по выражению того же Г. Лурье) отношений между Церковью и государством значительная часть российских верующих по привычке остерегается открыто обсуждать принципиально важные аспекты взаимоотношений Церкви, общества и государства. Конечно, Социальная концепция РПЦ дает верующим возможность обосновать и объяснить свою деятельность, направленную в том числе и на благо общества и отнюдь небесполезную для государства, в корректных и доступных для последнего терминах. Но мы вынуждены обращать внимание на деятельность антицерковных публицистов, идеологов, и прочих адептов «политтехнологии» хотя бы уже потому, что, к сожалению, образ нашей Церкви в общественном сознании в значительной степени зависит от того, кто и какие усилия прилагает к его формированию. Священноначалие нашей Церкви сторонники государственного контроля обвиняют чуть ли не в попытке захвата власти. В действительности мы, за редким исключением, не наблюдаем адекватного противодействия не просто некорректной, а откровенно хамской кампании в СМИ. С сожалением отмечаем, что искренне уважаемый верующими людьми митрополит Сергий совершенно ничего не сделал для того, чтобы жестко опровергнуть тех, кто изображает его, прямо говоря, беспомощной и безвольной куклой, готовой на любые компромиссы с антицерковными силами ради заветного патриаршего клобука. Речь здесь идет уже не о личном смирении, но о достоинстве православного архиерея и о добром имени Церкви, которое в любом случае должно быть защищено. Наивно полагать, что ситуация «рассосется» сама собой. Часть бюрократии уже прониклась идеей превратить Московский Патриархат в «сто двадцать пятый подъезд» президентской администрации.
Слабая и зависимая Церковь, в действительности, не выгодна ни государству, ни обществу. Она выгодна только прослойке паразитической бюрократии и не менее паразитической прослойке «профессиональных религиоведов», зарплата которых напрямую зависит от наличия проблем в церковно-государственных отношениях. Им кажется, что нет Бога кроме Администрации, и Волошин пророк Ее. Церковь интересует их постольку, поскольку может быть им полезна. Православные думают иначе.

Сильная и авторитетная Церковь, объективно, по сумме своего вклада в российскую государственность и культуру и реального общественного влияния являющаяся полноправным субъектом политического процесса в России есть важнейшая составляющая гражданского общества. Сильная Церковь, собственно говоря, Церковь – один из немногих факторов, удерживающих постсоветские республики в едином общественном, культурном, религиозном пространстве. Это важнейший внешнеполитический аргумент России. И только будучи сильным, самостоятельным организмом, она способна сохранить это единство, сделать его действенным - при «послушных» и «контролируемых» лидерах она не способна противостоять давлению тех же националистических элит «новых независимых государств», стремящихся к созданию «карманных» Церквей или «региональных баронов», боящихся Русской Церкви как централизующей Россию силы. Реальное общественное действие, направляемое Церковью – это реальное, не вымученное в кабинетах решение общественно значимых проблем: демографической, армейской, молодежных, вообще любых проблем, требующих для своего разрешения мотивированного, а не вынужденного участия граждан. Слабая Церковь, Церковь, загнанная в гетто, не смеющая выйти за пределы этнографии и «сохранения традиций», Церковь, не смеющая действовать в обществе и требовать от общества жить по совести, а не по инструкциям – не нужна ни обществу, ни государству, ни, в конечном счете, самой себе. Конечно, можно сколько угодно утверждать, что «врата адовы не одолеют Церкви». Но был православный Рим, была православная Византия. Их нет; Церковь жива. Собственно говоря, Православная Церковь может существовать и вне России. Но - как вы думаете – возможна ли Россия без Церкви?

Хоть с чертом, но против Московского Патриархата
Свобода клеветы
Кирилл Фролов
Ничего удивительного в том, что лица, противостоящие Русской Православной Церкви, написали очередную клеветническую статью, нет. Я последовательно развенчивал т.н. «суздальский раскол», точнее деятельность известного политтехнолога Глеба Павловского по информационно-политической поддержке т.н. «альтернативного Православия»-виртуального фантома, созданного с помощью небольшой группы лиц, изгнанных по каноническим причинам и из Московского Патриархата, и из Зарубежной Русской Церкви и специализирующихся на информационно-политических войнах с РПЦ. Патронируемый Павловским «Портал. Кредо» призывает Генеральную Прокуратуру открывать уголовные дела против иерархов Русской Церкви и губернаторов, оказывающих им содействие губернаторов (это при том, что нынешнее государство, являющееся правопреемником СССР, не возместило Церкви колоссальный ущерб от большевистского геноцида), пытаясь сорвать великое дело воссоединения Патриаршей и Зарубежной Церкви, клевещет на МП, утверждая, что она хочет захватить собственность Зарубежной Церкви, поддерживает украинских униатов, грузинских националистов, требующих санкции против абхазского духовного лидера о. Виссариона Апллиа. Словом, это издание проводит последовательную линию, прямо противоположную национально-государственным интересам России. Последствия такой деятельности-это и дезориентации общественного мнения, и части госаппарата- ведь все это поддерживается Павловским, вхожим за «зубчатую стену».
Именно гл. редактор «Кредо» Солдатов посвятил моей скромной фигуре целую полосу в «Московских Новостях». Я искренне польщен, так как предыдущим объектом нападок и бессовестной лжи этого деятеля альтернативной религиозной ориентации стал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй.
К сожалению, МН (гл. редактор Е. Киселев) так и не опубликовали опровержения лжи и клеветы, содержащейся в статье Солдатова. Поэтому приходится отвечать в «Радонеже»




Журналист определенных занятий

В девятом номере "Московских Новостей" за этот год опубликована статья известного своим специфическим вниманием к вопросам веры и Церкви журналиста Солдатова "Скитания по православию", посвященная лично мне. На обвинения, выдвинутые этим человеком я считаю необходимым ответить публично хотя бы уже потому, что это дает возможность наглядно продемонстрировать, какими методами и по каким причинам действуют политические противники верующего большинства России. А кроме того - Солдатовым было брошено лживое обвинение, что я - "бывший враг Русской Православной Церкви". Вот таких вещей, пусть даже и в прошедшем времени, православные люди терпеть не должны и не будут. Солдатов - один из тех, кто пишет о Церкви в светской прессе, один из тех, кто несет ответственность за образ Православия, за образ нашей веры в глазах общества и власти. Таких людей не так уж и много. И не секрет, что далеко не все пишущие на нашу тему журналисты относятся к православной вере с любовью и уважением. Есть и такие, которым многое в нас не нравится. Это их право, но это не дает им права писать о том, чего не было.

Начну с мелочей. Когда Солдатов пишет про меня, что я - человек без "законченного образования и определенных занятий", когда он сообщает, что Институт стран СНГ, где я работаю - "общественная организация, которую возглавляет профессиональный "борец за права русских" Константин Затулин" - он, мягко говоря, уклоняется от истины. В настоящий момент я являюсь соискателем кандидатской степени в Российского Государственного Гуманитарного Университета, веду в Дипломатической Академии Министерства иностранных дел РФ семинары "Российско-украинские отношения" и "Религиозный фактор на постсоветском пространстве". Что же касается Института стран СНГ, - это никакая не "общественная", а серьезная научная организация, учрежденная правительством Москвы, МГИМО МИД РФ, Московским Государственным Университетом и институтами РАН для практического научного определения и обеспечения российских государственных интересов и прав наших соотечественников на территории бывшего Союза. Результаты научной работы института востребованы МИДом, думскими комитетами, Советом Федерации, правительством Москвы. Не знаю, какое образование имеет Солдатов ( а раз не знаю - так и писать об этом не буду), но вот занятия у него вполне определенные, и об их результатах судить вы можете сами. Еще он написал, что я "увлекся в школе идеями неохипповского движения, и в Церковь пришел через ВООПИК"; возможно, журналист считает, что такие шокирующие разоблачения призваны дискредитировать меня раз и навсегда. Если читателям интересны такие подробности - могу сказать, что в юные годы я уже был убежденным антисоветчиком, устраивал в школе антикоммунистические кружки, а хорошую рок-музыку, которую не прочь послушать и сейчас. Чего я не разделял никогда - так это пацифистских идей "непротивленчества". А к Церкви я пришел действительно через Всесоюзное Общество охраны памятников, в конце восьмидесятых, где я работал вместе с учеником Барановского, восстановителем Казанского собора Олегом Журиным, вместе с нынешним редактором "Фомы" Владимиром Гурболиковым, вместе с Владимиром Леонидовичем Махначем. Если бы тогда нам рассказали, какие проблемы будут стоять перед верующими и Церковью через двенадцать с лишним лет после конца советской власти - вряд ли бы мы поверили. Это было чудесное время. К сожалению, писать надо не о нем, не о том, что было тогда, а о том, что есть сегодня, и что может случиться завтра.

Творческий подход к действительности. Трудно назвать более корректными словами то, что пишет Солдатов и печатают "Московские Новости". Для того, чтобы измазать меня совсем уже черной краской, он изобрел следующее: оказывается, моя "страстная натура" привела меня к тому , что я "стал гневным обличителем официального руководства Московской Патриархии и примкнул к "альтернативной Российской Православной Свободной (ныне - Автономной) Церкви", где моим духовником стал "протоиерей Михаил Макеев, который называл РПЦ "тоталитарной сектой"". Солдатов пишет в "Московских Новостях", черным по белому, что я состоял в группе «РПАЦ», затем "разочаровался в ней, как в узком междусобойчике", и стал именно поэтому критиковать ее, применяя "риторику", которую прежде я якобы применял к Церкви. За каждое из этих слов Солдатов должен отвечать перед судом, человеческим или Божьим: я НИКОГДА, с принятия мною Святого Крещения, не состоял ни в каком расколе, ни словом не выступил, не желал и не собирался выступать против Святой, Соборной и Апостольской Русской Православной Церкви, и богохульник Макеев никогда не был не только "моим духовником", но и человеком, деятельность которого способна вызвать у меня что-то, кроме жалости и отвращения. Из слов Солдатова можно сделать вывод, что я, якобы, когда-то разделял мнение несчастного Макеева о нашей Церкви; это ложь. Причем ложь сознательная: Солдатов совершенно справедливо считает, что принадлежность к одиозной группировке "РПАЦ" - серьезное компрометирующее обстоятельство, и приписывает его мне. При этом "объективный журналист" забывает сообщить, что именно он является не только одним из идеологов этой известной в определенном качестве организации, но и редактором ее информационных проектов. Кому, как не ему знать, что к "РПАЦ" уважающий себя и свою веру прихожанин Русской Православной Церкви не подойдет и на версту, что в "РПАЦ" меня никогда не было, быть не могло и не будет. Если в его сознание закрались какие-то сомнения на этот счет - кто, как не он имел возможность проверить сведения у своих, с позволения сказать, единомышленников, или, на худой конец, обратиться ко мне лично?! Единственный случай, когда я общался с Макеевым и ему подобными - краткий период не то в 93, не то в 94 году: никакой "РПАЦ" тогда еще в помине не было, и перебежчики из нашей Церкви, персонажи, личные качества которых не позволяли им оставаться в нашей церковной ограде, нашли себе прибежище в приходах Зарубежной Церкви в силу прискорбной недальновидности тогдашнего священноначалия РПЦЗ. Я всегда выступал и выступаю за воссоединение Православной Церкви в России и зарубежом. Когда я изучал существовавшие тогда "зарубежные" приходы, знакомился с ситуацией, искал возможности для диалога, то именно Макеев и немногие его единомышленники, представлявшие далеко не все, что было к тому моменту в РПЦЗ, произвели на меня глубоко отталкивающее впечатление: что можно сказать про единоверцев Солдатова, называющих нашу Церковь "сатанинским сборищем"?! Честно говоря, я с трудом подавил тогда желание объяснить Макееву все, что я о нем думаю, и расстался с ним с тех пор навсегда: записать его в мои "духовники" - это надо еще суметь. Что я никогда не был ни в "РПАЦ", ни в какой-либо другой раскольнической группке, что я всегда пребывал в существующей Церкви - могут подтвердить и о. Александр Троицкий, и о. Владимир Вигилянский, и знающий меня с детства Владимир Леонидович Махнач. Как свидетельство моей мнимой принадлежности к "суздальскому расколу" Солдатов приводит мои статьи против Дм. Поспеловского; с Поспеловским я действительно во многом не согласен. но при чем здесь "РПАЦ" - непонятно. К счастью, Русская Православная Церковь Заграницей очистилась от таких позорных явлений, как примитивная неприязнь к "безблагодатной Патриархии"; ныне и Макеев, и Солдатов, и прочие деятели того же сорта, не будучи терпимыми ни у нас, ни в зарубежной Церкви, организовали собственное учреждение, которое к настоящему моменту и называется "РПАЦ". Прекрасно известен их славный путь; известно о сотрудничестве РПАЦ с Фондом эффективной политики, вдохнувшим новую жизнь в прозябавшую в безвестности группу непримиримых противников существующего Православия. Прекрасно известно о том, как бывший священник Русанцов, возглавивший тесный круг единомышленников, попал, аккурат к моменту привлечения к сотрудничеству, под суд по обвинению в педофилии, и как, спустя многие годы, это обвинение было с него снято именно тогда, когда РПАЦ понадобилась политтехнологам во всем своем безгрешном великолепии. К настоящему моменту "РПАЦ" - притча во языцех, живой пример применения в религиозной сфере политических технологий и прочих сомнительных радостей современной политической жизни. Несомненно, в этом качестве она займет достойное место в будущих учебниках истории постсоветской России: да, в российском обществе возможно сегодня и такое. Гордиться особенно нечем. Про это пишет православная пресса, на это обращает внимание общества Союз православных граждан, пишу об этом в меру сил и я. Что делает благочестивый прихожанин "РПАЦ" Солдатов? Да, говорит он, мне же доподлинно известно, что Кирилл Фролов сам когда-то был таким же, а теперь, видите ли, разочаровался и "с какой-то подозрительной озлобленностью обличает".

Зачем вообще люди врут, и почему они публикуют заведомую ложь в прессе? Очевидно, что в большинстве случаев к тому есть достаточные основания. Из под пера журналиста Солдатова вышло в последнее время немало "объективных" публикаций о Церкви. Строго говоря, никому не запрещено считать, что наш Патриарх, владыка Кирилл и другие архиереи нашей Церкви, наместник Сретенского монастыря архимандрит Тихон, да и, наконец, ваш покорный слуга - люди, отягощенные массой недостатков. Лично я считаю для себя честью занять место в столь достойном ряду. Но писать в "МН" то, что писал и пишет там Солдатов, начинать в связи с прошлогодней болезнью Святейшего гнуснейшую "дискуссию об интригах за патриарший престол" - к таким вещам относиться спокойно нельзя. Понятно, что существует Фонд Эффективной Политики, что он имеет свои задачи, цели и интересы. Понятно, что среди отечественных чиновников есть такие, которые спят и видят себя в комфортабельных кабинетах новосозданного "совета по делам религий". Понятно, что при огромной роли и значении Церкви в нашей стране всегда найдутся желающие политтехнологическими средствами "контролировать религиозный фактор", понятно, что есть желающие за это платить. Понятно, что существует "РПАЦ", существует возглавляемый тем же Солдатовым "внеконфессиональный и объективный" сайт "Кредо. ру", освещающий религиозную жизнь России так, как любит и умеет "освещать" ее Солдатов. Но точно так же понятно, что есть вещи, относиться к которым "с пониманием" мы не имеем права.

Некоторое время назад ко мне обратился неизвестный мне до тех пор человек, и сообщил, что зовут его Александр Кожухов, и он - корреспондент журнала "Кто есть кто в российской политике", который хочет взять у меня интервью. В свете последующих событий я уже не уверен в том, что его действительно зовут Кожухов, и что настоящий Кожухов не придет ко мне с претензиями, что я его оклеветал. Так или иначе, этот гражданин сначала заявил, что его зовут Александр Кожухов, а через некоторое время - что он состоит в тайной подпольной организации "Наше дело" и предлагает мне ни более, ни менее, как организовать "при минимальных гарантиях безопасности" нападение на врага Церкви Солдатова, разбить его "Ауди", разгромить его офис, и лично Солдатова всячески изобидеть. Очень странно вел себя этот неожиданный посетитель: явно нервничал и никак не желал понимать, что ни Союз Православных граждан, ни лично я, ни кто-либо еще из СПГ мягко говоря не склонны к подобным неадекватным поступкам. Через некоторое время на солдатовском сайте "Кредо" появилась статья с упоминаниями и не вполне , корректно выражаясь, соответствующими действительности сведениями об СПГ, где были вставлены куски из разговора с так называемым Кожуховым. Многое из тайного стало таким образом явным. Как выяснилось, не все: и я, и мои друзья, сотрудники СПГ, были уверены, что тот, кто затеял это пошлое представление, на некоторое время оставит нас в покое. Однако вскоре ко мне пришел и еще один персонаж, представившийся на этот раз Кулагиным с сайта "Правда. ру". По наведенным нами справкам, на этом сайте действительно работал человек с такой фамилией, однако давно оттуда уволился. Памятуя предыдущий опыт, я при свидетелях спрашиваю его: не провокатор ли он, как тот, с которым я беседовал недавно? Человек, представившийся Кулагиным, говорит, что он отнюдь не провокатор, а через некоторое время начинает задавать вопросы о том, не желает ли случайно Союз Православных Граждан разгромить редакцию сайта "Кредо". Тут же Солдатов публикует у себя статью о том, что по его солдатовским сведениям "из источников, близких к руководству одной из российских церковно-общественных организаций, в редакцию "Портала-Credo.Ru" поступило предупреждение о готовящемся нападении на офис Портала, целью которого является "создание технической невозможности" работы нашего издания", что "один из лидеров этой организации, считающий, что Портал "клевещет на Святейшего Патриарха" и "занимается диффамацией Русской Православной Церкви", сформировал группу молодых людей, готовых, при минимальных "гарантиях безопасности", предпринять налет на офис Портала и вывести из строя оргтехнику", и так далее.

Вот после этого стало очевидным, что может повториться недавняя питерская история - погром очередной антихристианской выставки силами "группы молодых людей в черном", демонстрирующих к вящей радости противников Церкви ожидаемый "православный фашизм". К счастью, Союз Православных Граждан сумел своевременно получить некоторое представление о смысле и назначении происходящих вокруг него событий. Надеюсь, что наша публикация на "Едином Отечестве" где было сказано по этому вопросу то же, что сказано выше, где мы заявили, что громить свою редакцию - святое право Солдатова, но мы в этом участвовать не собираемся, равно как и открытое письмо главному редактору "МН" Киселеву - достаточная гарантия для того, чтобы Союз Православных Граждан не стал объектом примитивной политтехнологической провокации.

Что еще инкриминирует мне Солдатов? Что я из головы, на основании "пары фраз, брошенных Кириенко и его советником Градировским" выдумал опасность проекта "Русский ислам"? Это просто несерьезно; я не хочу сказать "смешно", потому что совсем не смешно наблюдать, как российские государственные структуры работают на ваххабитский проект русификации ислама в его неприемлемом для нашей страны политизированном виде, и ни один из противников "политического Православия" не говорит ни слова против. Не способен поверить Солдатов мне - мог бы поверить о. Анатолию (Берестову), известному религиоведу Игорю Понкину, профессору М. Н. Кузнецову, другим авторитетным экспертам, предупреждающим об опасности "русского ислама" для гражданской и межконфессиональной стабильности, для России в целом. Не верит православным - мог бы поверить заместителю председателя Центра