Мое выступление на Хомяковских чтениях в Киеве
Карпато-русское москвофильство - “белое пятно” отечественной истории и культуры
1998 год Часть 1
Кирилл Фролов

Вступление
На Фомино воскресенье, , во Львове, на Лычаковском кладбище, у памятника “Всем погибшим за Единую и Неделимую Россию” священники единственного во Львове православного храма - Св. Георгиевского-юрисдикции канонической УПЦ Московского Патриархата, служат панихиду по десяткам тысяч мучеников Галицкой и Подкарпатской Руси, погибшим за Православную веру и Святую Русь. Ныне их подвиг сознательно замалчивается, однако памятники на Лычаковском кладбище (Павшим за Единую и Неделимую Россию, Памятник Русским журналистам) служат немыми “вещественными доказательствами того, о чем сказано ниже.
Блестящий русский историк, богослов и публицист Михаил Осипович Коялович писал еще во второй половине XIX века о некоем перекосе в русской исторической науке в сторону изучения Восточной, Московской Руси. Эта дань справедлива, т.к. именно Москва консолидировала русскую нацию, возродила ее государственность, показала себя бескомпромиссным хранителем и апологетом Православия. Однако некоторое забвение истории запада исторической Руси, ее княжеств, подчиненных в итоге Речи Посполитой, привело, по мнению проф. Кояловича, к “сдаче позиций” в отстаивании русской автохтонности этих земель и появлении идеологии украинского и белорусского сепаратизма. Между тем, несмотря на многовековые усилия по ассимиляции даже на землях Галицко - русского княжества, захваченных Польшей еще в XIV веке, и на Подкарпатской Руси, именно русское национальное самосознание и чувство принадлежности к русской культуре господствовали среди галицких и карпатских “русинов” вплоть до начала нашего столетия.
Особенное внимание следует обратить на национальную политику Австро-Венгрии по отношению к славянам и, в особенности, к русским. Она сводилась к их денационализации, сознательному снижению их культурно-образовательного уровня, максимальному раздроблению ( например, Сербская Православная Церковь была искусственно расчленена). Однако, несмотря на это, русское национальное возрождение в Галиции и Закарпатье во второй половине XIX века является неопровержимым историческим фактом. Таким же фактом является и геноцид русского народа, развязанный австрийскими властями на рубеже XIX-XX вв., унесший более 60 тыс. жизней, практически уничтоживший русскую национальную интеллигенцию Галичины. Таким же фактом является и провокационная роль в этом геноциде “австро-украинской партии” и ее “духовного” вождя греко-католического митрополита Андрея Шептицкого. Показательно также то, что большевисткая власть встала на сторону “украинского” меньшинства, а не русского большинства по всей территории южной России.
Огромный, мало исследованный пласт представляет история галицко-русской культуры, в особенности литературы и философии XVIII-XIX веков. А ведь первоначальный импульс славянофильству был дан именно с Карпат - угро-русский историк и публицист Юрий Венелин был воспитателем в семье Аксаковых и, безусловно, оказал немалое влияние на формирование их мировоззрения. Галицко-русские “патриархи” Адольф Добрянский-Сачуров и Иоанн Наумович внесли немалый вклад в славянофильскую мысль.
В этой связи продолжение научных исследований в этой области представляется актуальным. Данное эссе - попытка к этому.
P.S. Особенно следует отметить выдающийся вклад отца и дочери, - профессора и доктора Аристовых в деле изучения галицко-русского возрождения.
Галицкая Русь в борьбе за Веру и народность.
Галицкая Русь была насильственно отделена от русских земель в последней четверти XIV века, попав в подчинение польским королям. Феодальная раздробленность и внутренние противоречия привели к гибели древнерусского государства: обескровленные внутренней борьбой части Руси потеряли свою независимость и были оккупированы татарами, поляками и литовцами. Древнерусская столица - Киев была низведена в польско-литовском государстве до уровня уездного города. Случившаяся трагедия постепенно привела к отрезвлению русского народа, вызвала потребность в национальной консолидации и духовном возрождении. И Галицкая Русь не только не отступила тогда от общерусского православного единства, но была в его авангарде. Именно коренной галичанин святитель Петр был идеологом объединения Русских земель вокруг Москвы. Галицкая Русь - это родина знаменитых православных братств, ставшими оплотом Православия и русской культуры в условиях латино-польской оккупации.
Особую роль в национально-освободительной борьбе русского народа сыграли православные братства Западной Руси.
Православные братства - это корпоративные объединения православного духовенства и мирян. Потребность в теснейшем объединении была вызвана католическим геноцидом, попытками Ватикана и Речи Посполитой стереть с лица земли Православную Русь, а также разложением православной иерархии, полностью зависимой от польского правительства. Сама идея отдельной от Москвы Западно-Русской митрополии с целью постепенного его подчинения Ватикану была впервые выдвинута отступником от Православия Московским митрополитом Исидором, изгнанным из России и возведенным в Ватикане в кардинальское достоинство.
В XVII веке иезуиты придумывают новую идею, призванную не допустить консолидации русского народа и усиления влияния Русской Православной Церкви, что было бы гибельным для с трудом сколоченной Брестсткой унии и трещавшей по швам Речи Посполитой, Сами униаты признают, что проект создания “Киевского Патриархата” был изобретен Ватиканом. Под этим названием имеется в виду именно католический Патриархат восточного обряда (Рим создал свои униатские “патриархаты” в противовес Православным патриаршим кафедрам - Антиохийской и Иерусалимской и др.)*1
В этих условиях Православные братства получают от константинопольских Патриархов права на “чрезвычайное управление Церковью”, на контроль за деятельностью шатающихся в вере архиереев, церковного суда и т.д.
Огромную роль сыграли братства в фактическом срыве Ватиканского плана Брестской унии - в католичество перешла только большая часть иерархии, но без духовенства и народа.
Очень интересна переписка между отступниками от Православия во главе с Киевским митрополитом Михаилом Рагозой и ревнителями Православия - Львовскими братствами, афонским иноком Иоанном Вишенским, Александрийским Патриархом Мелетием Пигасом. Отступники, прекрасно понимая, что у них нет богословских оправдательных документов своего предательства, обвиняют православных в “непослушании епископу” и т.д. Письма же Патриарха Мелетия, Иоанна Вишенского полны более чем резких выражений по отношению к вероотсупникам, из которых “волки в овечьих шкурах”, “прелюбодеи” являются самыми мягкими .
Православные братства, монастыри (наиболее знаменитые на Западной Руси - Почаевская Лавра и Манявский скит) стояли и на страже Православия и общерусского единства. Так, знаменитая Успенская Ставропигийская Церковь во Львове построена на пожертвования русского царя Федора Иоанновича.

Галичанин, иеродиакон Захария Копыстенский написал в 1622 г. знаменитый труд “Палинодия”, являющийся как антиуниатским богословским трактатом, так и фактически первым учебником русской истории. В “Палинодии” прославляется “мужество народа Российского”, северная часть которого покорила Казань и Астрахань, а другая часть “яфето-росского поколения, в Малой России, выходече”, “татары и места турецкие на море Чорном воюют” (В.Б. Завитневич “Палинодия” Захария Копыстенского и ее место в истории западно-русской полемики XVI и XVII вв. С-Пб-1878).
Невозможно также пройти мимо Иоанна Вишенского (1550-1623), афонского инока, ревнителя веры православной, достойного скорейшей канонизации. На Афоне Иоанн Вишенский велел заживо “похоронить” себя в пещере у Эгейского моря, откуда беспощадно порицал отступников: Михаила Рагозу, Ипатия Потея, епископа Брестского. Иоанн Вишенский написал множество ярких посланий, в которых прямо называет латинян не просто еретиками, а слугами дьявола (в своей знаменитой “книжке”). Отступников от веры он беспощадно бичует в “Послании к митрополиту и епископам, принявшим унию”. Очень интересна и актуальна полемика Иоанна Вишенского с иезуитом Петром Скаргой. Оба придают церковно-славянскому языку принципиальное значение. Для Иоанна Вишенского церковно-славянский язык богодуховнен, “его же дьявол ненавидит”, Скарга же в своей борьбе с Православием дискредитацию и уничтожение церковно-славянского языка рассматривает как одну из важнейших задач.
Из всех произведений, несомненно написанных Иоанном Вишенским, до нас дошло 17: “Книжка” (“Термин о лжи”), “Сборник о десяти г”лавах с вступлением и двумя предисловиями”; Послания львовскому братству, Домникии, Иову Княгинскому, Михаилу Вишневецкому, знаменитая “Зачапка мудрого латынника с глупым русином” - полемика со Скаргой, вышеупомянутый “Краткословный ответ Петру Скарге”, “Позорище мысленное”.
“Книжка” была составлена Иоанном Вишенским в 1599-1600 гг. Специально для “Книжки” были написаны И. Вишенским главы: первая - “обличение дьявола миродержца”, седьмая - “о еретиках, написанная в дополнение к главе шестой - “Извещению краткому о латинской прелести”, восьмая и десятая - “Загадка философам латинским” и “Спор краткий”, глава десятая - повесть “о обретении тела Варлаама, архиепископа Охридского града”. Крайне интересны глава вторая - “послание благочестивому государю Василию, княжати Острожскому, первым православным христианам Малой России (1598-1599 гг.), и пятая - “Писание к утекшим от православной веры епископам”.
Отступникам Рагозе, Поцею и Терлецкому Иоанн Вишенский писал: “Спросил бы я вас - что такое труда очищения? Но вам и не снилось об этом: не только вы этого не знаете, но и ваши папы - Иисуса ругатели - так называемые иезуиты о том не пекутся и ответ дать не могут...
Постучись в лысую голову, бискуп Луцкий! Сколько ты во время своего священства человеческих душ к Богу послал? Его милость Коштелян Поцей, хотя и Коштеляном был, но только по четыре слуги за собою волочил, а теперь, когда бискуп стал, то больше десяти сочтешь; так же и его Милость Митрополит, когда простого рогозиною был, то не знаю, мог ли держать двух слуг, а теперь больше десяти держит”.
В послании к князю Острожскому Иоанн Вишенский пишет: “Латинская злоковарная душа, ослепленная и напыщенная поганским тщеславием и гордыми догматами, Божьи премудрости, разума духовного, смирения, простоты и беззлобия вместить никак не может. Охраняйте, православные, детей своих от этой отравы: теперь вы явно пострадали, когда не латинскую и мирскую мудрость разлакались, вы не в папу крестились и не в королевскую власть, чтобы вам король давал волков и злодеев, ибо лучше сам без владык и попов, от дьявола поставленных, владыками и попами, не от Бога званными, в церкви быть, ей ругаться и Православие попирать” (Церковь, Русь и Рим. Н.Воейков, Джордавилль, 1983.).
Другим важнейшим документом борьбы с латино-униатами является “Перестрога”, написанная неизвестным автором. В ней пламенный защитник православной церкви говорит об упадке галицко-русского княжества, об уничтожении русских книг фанатиками-доминиканцами, об отсутствии просвещения на Галицкой Руси и о произволе разнузданной шляхты над русским народом.
Очень важным является тот факт, что общерусский литературный язык кодифицирован, в основном, во Львове и в Киеве, что именно он всегда был книжным, литературным языком Львова, Вильны, Киева, Москвы, Ярославля, словом, всей Руси. Первая церковно-славянская грамматика - “Адельфотес, или наука доброглаголивого эллино-славенского языка совершенного искусства осьми частей слова ко наказанию многоименитому Российскому роду” выпущена Львовским братством в 1591 г.
Выпускник Львовской православной братской школы, ученый монах, обладавший энциклопедическим образованем, Памва (Павел) Берында (ск. в 1632 г.) - “Протосингел от Иерусалимского Патриаршего престола и архитипогрпф Российской Церкви” является автором первого русского словаря - “Лексикон славянорусский или слов объяснение” А гражданский шрифт, разработанный Львовским братством на рубеже XVI-XVII вв., был введен Петром как гражданский алфавит для всей России.
О великом русском святом Иове, игумене Почаевском (1550-1651), написано довольно много.
Стоит также отметить, что галичанами были Киевский митрополит Иов Борецкий, ревностный защитник Православия, человек, который в 1624 г. впервые четко поставил вопрос о воссоединении разделенного русского народа, и патриарший местоблюститель Русской Православной Церкви митрополит Стефан Яворский (1652-1722).
III. Национальное самосознание Киевской и Галицкой Руси в XVI-XVII вв.
К какому же народу и к какой стране жители Киева и Львова причисляли себя? Ответ находим у знаменитого южнорусского филолога и историка Михаила Александровича Максимовича, предком которого являлся св.Иоанн Максимович, митрополит Табольский, просветитель Сибири, а потомком - св.Иоанн Максимович, архиепископ Сан-Францисский, великий святитель и чудотворец XX века. В 1843 г. Михаил Максимович написал свою знаменитую работу “Об употреблении названий Россия и Малороссия в Западной Руси”, которую уместно процитировать: “Не очень давно было толкование о том, будто киевская и вся западная Русь не называлась Россией до ее присоединения к Руси восточной: будто и название Малой России или Малороссии придано Киевской Руси уже по соединении ее с Русью Великой или Московской. Чтобы уничтожить навсегда этот несправедливый и нерусский толк, надо обратить его в исторический вопрос: когда в Киеве и в других западно-русских областях своенародные имена Русь, Русский начали заменять по греческому произношению их, именами Россия, Российский?
Ответ: с 90-х годов XVI века... Основанием такого ответа служат тоговременные акты письменные и книги, печатанные в разных областях Русских... Приведу свидетельства тех и других.
Вот первая книга, напечатанная в Киеве, в типографии Печерской Лавры - Часослов, 1617 года. В предисловии к ней иеродиакона Захария Копыстенского сказано: “Се правоверный христиане и всяк благоверный читателю, от нарочитых мест в России Кийовских, сиречь Лавры Печерския”...
Основательница Киевского Богоявленского братства Анна Гуревична Лозьина, в своей записи о том 1615 г. говорит, что она учреждает его - “правоверным и благочестивым христианам народу Российского, в поветах воеводств Киевского, Волынского и Брацлавского будучим”...
Окружная грамота 1629 года, напечатанная в Киеве, начинается так: “Иов Борецкий. милостию Божией архиепископ Киевский и Галицкий в Всея России”...
Но довольно о Киеве, обратимся к земле Галицкой.
Там Львовское братство в своей типографии прежде всего издало Грамматику, 1591 года, в наставление “многоименитому Российскому роду” ...
Того же 1592 года Львовское братство обращалось в Москву к царю Федору Иоановичу с просительными посланиями, в которых именуют его “светлым царем Российским”, вспоминают “Князя Владимира, крестившего весь Российский род” и т.п.
В земле Волынской находим то же.
В числе книг, напечатанных в Остроге, известна книга Василия Великого “О постничестве”, изданная в 1594 г. В ее предисловии встречается такое выражение: “вы же, преславный Российский народе!...
Такое же употребление имени Россия, Российский было тогда и на Северо-Западе русском.
В столичном городе Литовского княжества, Вильне, где была долго и резиденция митрополитов Киевских Михаил Рагоза первых из них стал писать в своем титуле “всея Руси” или “всея России”, как это видно из подлинных актов 1590-1599 годов. Так продолжал писать и его преемник, униатский митрополит Ипатий Потей, в 1600-1608 годах. А прежние митрополиты Киевские, бывшие до
Михаила Рагозы, писали: “и всея Руси” или “всея Росии”. Так писали в своем титуле и Московские митрополиты, бывшие до учреждения патриаршества в Москве. Первый патриарх Московский Иов писал уже: “и всея России” (в 1586-1589 годах) ...
Но возвратимся к Киеву. по возобновлении здесь православной митрополии в 1620 году, митрополиты Иов Борецкий, Исайя Копинский, Петр Могила продолжали писать в титуле “и всея России”. (Киевские епархиальные ведомости - 1868. № 1.).
Какое же было подинное отношени киевлян, вольнян и львовян той эпохи е северной, Московской Руси?
Следует отметить, что идеология национально-политического единства Южной и Северной России была выработана в большей степени именно в Киеве. Венцом ее стал знаменитый Киевский “Синопсис”, написанный, предположительно, Киево-Печерским архимандритом Иннокентием Гизелем (ок. 1600-1683). Эта книга переиздавалась 30 раз и стала первым учебным пособием по русской истории. Согласно “Синопсису”, “русский”, “российский”, “славянороссийский” народ - един. Он происходит от Иафетова сына Мосоха (имя последнего сохраняется в имени Москвы), и “он племени его весь” целиком.“Преславный верьховный и всего народа российского главный град Киев” возник “по благословению и пророчеству изрядного заступника Российского, святого Андрея Первозванного”. О Владимире Святом сказано так: “Этот великий самодержец Российский... и киевский и всея Российския земли народ святым крещеньем просветил”. Именно “Синопсис” утверждает главенство Суздальско-Влажимирских князей после разорения Киева татарами. Куликовской битве отдано более четверти общего числа страниц “Синопсиса”. Для автора борьба Дмитрия Донского с Мамаем - общерусское дело, а не местное (Северо-Восточной Руси), после которой Москва законно становится Российским центром. А что касается Киева, то “богоспасаемый... и первоначальный всея России царственный граж Киев... аки на первое бытие возвращается, от древнего достояния царского паки в достояние царское приде - великого государя нашего, царя и великого князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России сомодержца... искони вечную скипетроноснвых его прородителей его отчину, царственный той град Киев... яко природное царское его присвоение возврати...”
Таким образом, по “Синопсису”, Россия - едина. Ее начальный центр - царственный град Киев. Москва - его законная и прямая наследница в значении общего “православно-российского” государственного центра. Весь русский нарорд един, и временное отделение его части от России в другие государства (Польшу и Литву) “милостью Божией” завершается воссоединением в единое “государство Российское” (И.И.Лаппо. Идея единства России в Юго-Западной Руси. Прага, 1929).
В результате воссоединения 1654 г. уроженцы Киева и Львова, начиная с XVIII, сделались хозяевами положения на научном, литературном и церковном поприще России. Подавляющее большинство епископов Русской Православной Церкви, предавших анафеме в 1709 г. гетмана Мазепу, - малороссы. В том числе: коренной запорожский казак архиепископ Димитрий (Туптало), написавший “Слово о Полтавской победе”, где сравнивает Мазепу с Иудой; патриарший местоблюститель галичанин Стефан Яворский; знаменитый богослов, тверской архиепископ Феофилакт Лапатинский. Также из запорожцев - легендарный просветитель Сибири архиепископ Иоанн (Максимович) - прадед историка Максимовича. До специального указа Елизаветы Петровны от 17 апреля 1754 г о постановлении епископов из великороссиян, только малороссияне занимали епископские кафедры в РПЦ. Когда же в соответствии с “Духовным регламентом” Петра Первого (1721 г.) при каждом архиерейском доме стали создаваться духовные школы, учителями там были исключительно украинцы, вводившие в них педагогическую систему Киево-Могилянской академии, что, кстати, и предопределило такое явление, как “латино-немецкое” пленение русского богословия. Множество малороссиян пребывало на дипломатической и высшей государственной службе как в самой России, так и ее зарубежных представительствах.
IV. Воссоединение России. Апологеты и противники.
В 1666 г. ватикано-польская дипломатия совершает беспрецедентный успех и наносит мощнейший удар по Русской Православной Церкви и России - благодаря высокопрофессиональной интриге тайного католика - митрополита Газского Паисия Лигарида, сумевшего прорваться к высшим рычагам управления Русской Православной Церковью: с патриаршего престола свергается Патриарх Никон, бывший одним из главных идеологов воссоединения Западной и Восточной России *2. Именно благодаря энергии Патриарха Никона Земский собор 1651-1653 гг. принимает решение объявить войну Польше. В 1654 - Переяславская рада, после которой объединенное московско-запорожское войско освобождает Западную Русь. Царь Алексей Михайлович принимает титул “Великого князя Литовского”. Казалось бы, латино-польской оккупации пришел конец, однако именно смута, затеянная Лигаридом, буквально дестабилизировала Россию, расколов Русскую Православную Церковь. Митрополит Макарий (Булгаков) в своей “Истории Русской Церкви” прямо утверждает, что если бы Никон остался Патриархом, то раскола бы не произошло. Никон был сторонником сосуществования “старого и “нового” обрядов, и он фактически достиг примирения с будущими вождями старообрядцев - Нероновым, в первую очередь, и др. Показательно, что проведенный под “режиссурой” Паисия Лигарида Собор 1666 г. и низверг Патриарха Никона, и проклял старые обряды. Задачей Лигарида была максимально рассорить примирившиеся было стороны и прорыть максимально широкий ров между Патриархом и Царем.
Показательно, что поклонник и слуга “непогрешимого” папы, т.е. “папоцезарист” Лигарид пропагандировал Алексию Михайловичу “цезарорапистские” теории о превосходстве Царства над священством (Н.Воейков, Церковь. Русь и Рим. Джорданвилль, 1983). Следующей задачей Ватикана, Польши и их агентуры во главе с Лигаридом было сорвать воссоединение Запада и Востока Руси. Показательно, что сразу после свержения Никона (1666 г.) в 1667 г. заключается Андрусовский мир с Польшей, фактически спасший это государство и на целые сто лет отодвинувший воссоединение Белоруссии, Холмщины и Подолии. Фактом являются и переговоры старообрядческих лидеров, в первую очередь Морозовых с представителями Речи Посполитой о сепаратном мире, сдаче полякам Малороссии по формальной причине ее испорченности “латинизмом” (это к вопросу о старообрядческих амбициях в вопросе отстаивания “русской идеи”).
V. Латино-польский геноцид
На землях, отошедших Польше, начался геноцид, и земли Западной Руси стали колонизироваться поляками.

В течение 30-40 лет происходит почти полное уничтожение Православия - сначала Православные братства лишаются прав и привилегий, затем в Православную иерархию вводятся тайные католики. Поучительна история Львовского митрополита Иосифа Шумлянского. Этот деятель принял унию в 1681 г. и держал это в тайне в течение 19 лет! За это время он произвел “кадровую революцию” - поставив тайных униатов на все ключевые посты, прикидываясь, когда нужно, “сверхправославным”, и только в 1700 году открыто заявил о своем униатстве. Расставленное им духовенство, естественно, пошло за ним, а народ церковный остался без пастырей и иерархии. Единственная православная иерархия сохранилась в Белоруссии, некоторое время держалось Львовское братство и Манявский скит, но скоро были сломлены и они. Темная ночь опустилась над Галицкой Русью, однако православное русское самосознание не угасло.
Спасительной ниточкой оказался именно церковно-славянский язык, богослужение на котором удалось отстоять униатам. Дело в том, что те, кто принял унию из страха, пытались в рамках своей “новой конфессии” отстоять остатки православного богослужения. Однако следующий этап, латинизация, проводился Ватиканом безотлагательно. Так, после Замойского Собора 1720 г. в униатских храмах распространяются латинские культы “Божьего Тела”, “Сердца Иисусова”, “Сердце Марии”, католические праздники, облачения духовенства (И.Федорович, к 35-летию Львовского Собора 1946 г., ЖМП, 1981 № 4).
Как писал “патриарх” галицко-русского национального возрождения Адольф Добрянский, на рубеже XVIII-XIX вв. русский язык в тайне преподавался из поколения в поколение в нескольких аристократических семьях Галичины и Подкарпатской Руси (в том числе и в семье Добрянских) - все остальное - ополячено и онемечено, для народа осталась одна ниточка - церковно-славянский язык. Именно благодаря его сохранению стало возможно галицко - и карпато-русское национальное возрождение и воскрешение Православной веры на этих русских землях.
Российская императрица Екатерина II потом каялась и признавала свою ошибку - сдачу Галицкой Руси Австро-Венгрии.